03 Фев 2009 - Jam
Идейным вдохновителем команды "Звери" является Роман Билык, приехавший в Москву из Таганрога. Он окончил строительное училище и строительный колледж. В родном городе Роман также имел к музыке самое непосредственное отношение, но какое конкретно и к какой именно, не уточняется. Вообще же он предпочитает не распространяться о себе: "Какая разница, откуда я взялся? Кого интересует заплесневелый кусок сыра в моем холодильнике? Кого интересует моё заплесневелое прошлое, хранящееся на нижней полке моего сердца? Я один из вас. Мои ногти обкусаны, потому что больно. Мои последние деньги на пачку сигарет. Щетина - потому что опять ночевал в чужом доме. Я так же, как вы, рыскаю по городу в поисках вкусного. И так же, как вы, захлебываюсь в радостном визге, когда его нахожу. Мне тоже нужна мягкая подстилка, миска куриного супа и теплый живот женщины под моей рукой. Мне тоже хочется убежать иногда на какой-нибудь сраный пустырь, и выплюнуть там своё горло, надрываясь от одиночества и заходясь в непрекращаемом лае".
Билык вспоминает: "Я жил во многих местах и с уверенностью могу сказать, что в каждом городе есть такие же ребята, как я. Которые хотят приехать в Москву, чтобы самовыразиться. Ведь в провинции мало шансов, и не надо кричать, что в столице все зажратые: просто приезжай и докажи, что ты лучший. Я помню, как видел Москву по телевизору и мечтал: Кремль, Красная площадь… Потом просто сказал маме: "Ну всё, я поеду" - и поехал." Эта историческая поездка случилась в 2000 году. В кармане у него была бумажка с двумя номерами телефонов: двоюродной сестры, которая периодически жила в Москве, и еще одного человека, знакомого.
Вот как красочно описывает Роман свою жизнь в столице: "Днем я любил прогуливаться по центру. Болтаться в человеческом супе оказывается так приятно. В это время я не существовал. Я становился частью этого супа. Маленьким обглоданным мослом, который варится где-то между картошкой и луком. Я просто плыл по течению, например, по Тверской. Облизывал взглядом ноги какой-нибудь гуляющей девчонки. Чувствовал легкое головокружение. У меня еще ничего не было. Ни свиданий, ни обязательств и ни копейки денег в кармане. Золотое время, когда у меня не было еще ни одного друга.
Я ползал по городу, как насекомое. Я стрелял сигареты, я втягивал живот, чтобы остановить его нытье, я бродил по магазинам и возбуждался, глядя на симпатичных продавщиц. Уезжал в Коломенское, носился по берегу, резал себе ладони сорванной травой и запихивал ее в рот. Потом блевал прямо в озеро. Я был свободен. Мне никто не был нужен. И я не был нужен никому. Я ничего не боялся. Ночами я изучал Москву. Маленькие улочки с грязными домами стали моей территорией. Я ночевал на стройках. Моим любимым местом была большая огороженная площадка на Сходненской. Примерно год там возводили двенадцатиэтажку нового поколения. Я пробирался туда почти каждый день. Я представлял этот дом своим. Сворачивался на старом пальто прямо на куче с песком, закрывал глаза - и мой светский прием начинался. Я мечтал о белом пиджаке, о красной розе в петличке и о белой фетровой шляпе. И о женщинах. Разного возраста. Об их волосах, об их влажных ногах, об их языках, горячих и острых. Головки тюльпанов похожи на женские языки.
Я всегда хотел есть. Неважно - колбасу или женщину. Я глотал то и другое, почти не разжевывая. Я выпрашивал соленые огурцы на рынке. Я слизывал сахарную пудру с пирожных, которые воровал в кондитерских, я покупал креветок и с наслаждением высасывал их соленые тела. Кого-то я трахал прямо в подворотне. Кого-то на бильярдном столе, в засиженной мухами кофейне. Кого-то в примерочной дорогого магазина. Я хватал без разбора. Их рты, волосы и подмышки. А утром меня ждали невычищенные зубы и запотевшие окна. Женщины проходили через меня, как через большую лужу в центре улицы. Кто-то осторожно, боясь намочить ноги, а кто-то, высоко задрав платье, перепрыгивал меня как нечего делать. Однажды зимой я проснулся в чужой квартире. Рядом со мной лежала женщина. Смятая стоптанная домашняя тапочка. Душно. Много мягких игрушек. Вокруг - мой собственный запах. В тот день я впервые подумал про деньги. И моя прежняя жизнь сразу закончилась. Я стал работать. Одна монотонная обязанность сменялась другой. Я мыл полы в ресторанах. Я торговал в табачной палатке и тогда подсел на "Житан". Я работал в ночном стриптиз-клубе. Следил за девочками, чтобы не давали кому попало. В то время я носил пиджак и начищенные ботинки. Я жрал икру, оставшуюся после банкета, и мог вдуть любой стриптизерше. Я клал кирпич на стройке и однажды слетел с третьего этажа. И опять - ничего. Только длинная царапина и пара синяков.
Я сочинял в этой Москве песни. Пьяные, написанные огрызками карандашей, пока я слонялся от вокзала к вокзалу, от бабы к бабе, от толчка к толчку. Слова - это одиночество. Я никогда не был так одинок, как в то время. Песни начинались с маленького сгустка на дне моего живота. Потом постепенно твердели и увеличивались. И я должен был от них избавляться. Прошла девушка, задела меня своим запахом - и появился сгусток. Я никогда не выдумывал свои песни. Я просто избавлялся от них. Иначе бы они меня разорвали. Все время, пока я собирал своей кожей чужие испражнения, жрал березовые листья, втыкал свое мясо в другое, - я хотел стать музыкантом. Я жаждал славы так же, как постоянно жаждал спариваться. Я хотел, чтобы мои песни напялили каждого в этом городе. Я мучительно хотел стать известным. И специально ничего не делал для этого. Во все времена первого сентября дети будут приходить в школу. Так же с моими песнями. Я просто ждал, пока наступит первое сентября, потому что не могло быть по-другому. И день знаний наступил."
Роман устроился работать в строительную компанию через каких-то знакомых: без регистрации сделать это было нелегко. А дальше как-то случайно встретился с Сашей Войтинским - композитором, который в последствии стал его продюсером. Он, кстати, до этого никогда такими вещами не занимался и даже не представлял себе, что это такое. А Роман тоже не знал, что делать. Они подружились и решили помочь друг другу. С нуля, вдвоем: Саша учил продюсерское дело, а Роман пытался писать песни, искать людей, петь. Так они в течение двух лет, пройдя кучу непонятных ошибок, пришли к народу.
В тот же период произошел ряд не менее исторических знакомств с единомышленниками (из Минска, Ростова и Хабаровска), творческий союз с которыми с сентября 2001 года называется коротко и ясно - "Звери". Сформировался и постоянный состав группы: Рома Зверь - вокал, гитара; Владимир Хоружий - гитара; Кирилл Антоненко - клавиши; Андрей Густав - бас-гитара; Михаил Краев - барабаны. Тогда же, осенью, была записана основная часть материала для первого альбома и было принято решение снимать клип на одну из песен. С клипом вышла довольно мистическая история: музыкантам страшно понравился ими же придуманный сюжет, который, однако, никак не сочетался с выбранной для экранизации песней. Решительный фронтмен попросил ночь на раздумья - и сочинил под готовый сценарий еще одну песню. Песня называлась "Для тебя". В январе 2002 года видео было готово, через считанные дни оно оказалось в телеэфире, где его и приметили представители компании "CD-Land", немедленно подписавшей с многообещающей командой контракт на выпуск дебютного альбома "Голод". Тем временем песня "Для тебя" оказалась в трек-листе сборника "Нашествие. Шаг 11" и в эфире "Нашего Радио", а группа - в списке участников фестиваля "Нашествие-2002" в Раменском.
С выходом дебютного альбома группы "Голод" становится понятно, что музыка "Зверей" действительно хороша, пусть даже и не подкрепленная какими бы-то ни было визуальными картинами. Ключевое слово для их музыки - это, безусловно "любовь". И дело вовсе не в том, что оно фигурирует в названии одной изпесен. Практически все композиции, даже если в них ни слова не говорится про любовь, все равно повествуют о ней - родимой. Вокалист Рома Билык поет о любви, которая разворачивается посреди декораций современного города-гиганта: трамваи, рекламные щиты, магазины, метро, телебашни. И герои, которых захватило чувство, посреди этого индустриального многообразия бесконечно одиноки. Любовь у "Зверей" воспринимается неоднозначно. С одной стороны, они попытались истолковать ее романтически, с другой - сама цивилизация (к которой "Зверьми" была найдена обличительная рифма "канализация") добавила в нее большую долю цинизма. Очень приятно, что "Звери" не обошлись без текстовых находок. Фразы типа "возьми с собой спички на всякий пожарный" или "любовь зарядила дожди-пистолеты", без сомнения, запоминаются. Особо стоит отметить фишку "Зверей" - вплетенные в ткань песни отрывки монологов-историй. Возникает ощущение, что ты подслушиваешь чей-то интимный телефонный разговор. "Звери" берут энергией и драйвом, напором, но не красотой. Достойных медляков на "Голоде" нет (медляков там вообще раз, два и обчелся), зато присутствует целый арсенал боевиков на любой вкус. К ним, в качестве специй, добавляется умилительно-противная шутка "Быть добрее" и не в меру пафосная, но при этом неординарно аранжированная "Фабрика грёз" - и на выходе мы получаем альбом, ставший суперхитом года.
К началу 2004 года несколько изменился и состав группы. "Зверей" покинули Владимир Хоружий и Андрей Густав. Вакантные места гитариста и басиста соответственно заняли Максим Леонов и Костя Лабецкий. После смены состава группа выпустила свой второй диск "Районы-кварталы". Вместе с выходом альбома у "Зверей" произошло еще одно знаменательное событие: музыканты, наконец, решили, для какой аудитории они поют. Точнее, решили это, конечно, не музыканты, а их продюсер Александр Войтинский, выловивший в мутных водах отечественного шоу-бизнеса золотую рыбку по имени Рома с непоэтичной фамилией Билык. Мало подходящая для молодежного кумира фамилия "Билык" вскоре сменилась на несколько одиозное погоняло "Зверь", а сам Рома немедленно стал отращивать харизму, имидж и прочие секс-символы, без которых нормальное продвижение на верхние строчки хит-парадов девичьих пристрастий было бы довольно затруднительно. Из скромного, неразговорчивого паренька в цивильном костюмчике Рома за неполный год превратился в молчаливого мачо, облаченного в стильный пиджак на голое тело. Предварительный этап выращивания кумира завершился успешно. Но, как известно, короля играет свита, а свитой или, говоря по-продюсерски, аудиторией, должны стать мальчики и, в главную очередь, девочки с городских окраин, с тех самых "районов-кварталов", о которых поет Рома. Об этом же недвусмысленно намекает обложка нового диска - Рома в кожаном плаще и с горящим взором идет вперед на фоне новостроек, а за ним едва поспевают те самые мальчики и девочки из свиты, пардон, из аудитории. Типичные подростки с "маленькими телефонами", "ботинками, в которых моря по колено" и прочими атрибутами, о которых ненавязчиво упоминает Рома в своих песнях. Да-да, именно в своих, а не написанных умелыми поэтами-песенниками в паре с не менее умелыми композиторами и аранжировщиками. Потому что еще одной важной составляющей молодежного кумира является его искренняя вера в то, о чем он поет. Если неприкаянные подростки из спальных районов узнают, что для Ромы пишет кто-то другой, они немедленно от него отвернутся и потратят терпеливо отложенные на концерт или на диск деньги на что-нибудь менее полезное для юного организма - блок сигарет, коробок анаши или бутылку водки. А главная задача продюсера - ни в коем случае не допустить подобного: деньги должны идти на дело. И если психически несформировавшиеся отроки еще не в состоянии правильно потратить деньги - пусть отдают их в надежные руки. Однако есть в этих песнях, да и в самом Роме что-то, что позволяет верить, и, возможно, небезосновательно, что сам он никакого отношения ко всему этому не имеет - просто поет свои песни, честно, искренне, как может. Поет о том, о чем думает и во что верит, не заботясь о прибылях, строчках хит-парадов, ротациях и сборах. Когда вышла первая пластинка "Голод", верить в это было довольно легко - десять хороших мальчишеских песен о любви и об окружающем мире, выдержанных в едином стиле и пропетых на едином порыве, к тому же из них ни одной проходной. Со вторым альбомом "Районы-кварталы" дела обстоят немножко сложнее. Здесь песен уже четырнадцать, среди которых встречаются как абсолютные стопроцентные хиты - "Все, что тебя касается", "Районы-кварталы", "Все впереди", "Игра в себя", так и проходные вещи: "Океаны", "Южная ночь", в которых нет ни смысла, ни драйва, ни настроения. К слову сказать, благодаря усиленной ротации клипа "Южная ночь", эта песня все-таки стала популярной. Соотношение хитов и "нехитов" примерно один к трем, что, в общем-то, совсем неплохо. К тому же "Районах-кварталах" уже появились и медляки, под которые хорошо кружиться парами, к примеру, песня "О любви", и довольно экспериментальные вещи, например, "Люба", сделанная в стиле частушечного блатняка, который смело можно отдавать в ротацию на "Радио шансон". В ней появилось то самое жанровое разнообразие, которого так не хватало первой пластинке. А что касается доверия подростков - на второй пластинке музыкант его точно не потеряет. Прежние фанаты, увидевшие в Роме своего в доску парня, не перестанут считать его таковым, а новые, которые у него появятся в самое ближайшее время, полюбят его уже как звезду, или "блики на солнце", как он называет себя в одной из своих песен.
Дискография:
1. Голод 2003
2. Районы-кварталы 2004
Билык вспоминает: "Я жил во многих местах и с уверенностью могу сказать, что в каждом городе есть такие же ребята, как я. Которые хотят приехать в Москву, чтобы самовыразиться. Ведь в провинции мало шансов, и не надо кричать, что в столице все зажратые: просто приезжай и докажи, что ты лучший. Я помню, как видел Москву по телевизору и мечтал: Кремль, Красная площадь… Потом просто сказал маме: "Ну всё, я поеду" - и поехал." Эта историческая поездка случилась в 2000 году. В кармане у него была бумажка с двумя номерами телефонов: двоюродной сестры, которая периодически жила в Москве, и еще одного человека, знакомого.
Вот как красочно описывает Роман свою жизнь в столице: "Днем я любил прогуливаться по центру. Болтаться в человеческом супе оказывается так приятно. В это время я не существовал. Я становился частью этого супа. Маленьким обглоданным мослом, который варится где-то между картошкой и луком. Я просто плыл по течению, например, по Тверской. Облизывал взглядом ноги какой-нибудь гуляющей девчонки. Чувствовал легкое головокружение. У меня еще ничего не было. Ни свиданий, ни обязательств и ни копейки денег в кармане. Золотое время, когда у меня не было еще ни одного друга.
Я ползал по городу, как насекомое. Я стрелял сигареты, я втягивал живот, чтобы остановить его нытье, я бродил по магазинам и возбуждался, глядя на симпатичных продавщиц. Уезжал в Коломенское, носился по берегу, резал себе ладони сорванной травой и запихивал ее в рот. Потом блевал прямо в озеро. Я был свободен. Мне никто не был нужен. И я не был нужен никому. Я ничего не боялся. Ночами я изучал Москву. Маленькие улочки с грязными домами стали моей территорией. Я ночевал на стройках. Моим любимым местом была большая огороженная площадка на Сходненской. Примерно год там возводили двенадцатиэтажку нового поколения. Я пробирался туда почти каждый день. Я представлял этот дом своим. Сворачивался на старом пальто прямо на куче с песком, закрывал глаза - и мой светский прием начинался. Я мечтал о белом пиджаке, о красной розе в петличке и о белой фетровой шляпе. И о женщинах. Разного возраста. Об их волосах, об их влажных ногах, об их языках, горячих и острых. Головки тюльпанов похожи на женские языки.
Я всегда хотел есть. Неважно - колбасу или женщину. Я глотал то и другое, почти не разжевывая. Я выпрашивал соленые огурцы на рынке. Я слизывал сахарную пудру с пирожных, которые воровал в кондитерских, я покупал креветок и с наслаждением высасывал их соленые тела. Кого-то я трахал прямо в подворотне. Кого-то на бильярдном столе, в засиженной мухами кофейне. Кого-то в примерочной дорогого магазина. Я хватал без разбора. Их рты, волосы и подмышки. А утром меня ждали невычищенные зубы и запотевшие окна. Женщины проходили через меня, как через большую лужу в центре улицы. Кто-то осторожно, боясь намочить ноги, а кто-то, высоко задрав платье, перепрыгивал меня как нечего делать. Однажды зимой я проснулся в чужой квартире. Рядом со мной лежала женщина. Смятая стоптанная домашняя тапочка. Душно. Много мягких игрушек. Вокруг - мой собственный запах. В тот день я впервые подумал про деньги. И моя прежняя жизнь сразу закончилась. Я стал работать. Одна монотонная обязанность сменялась другой. Я мыл полы в ресторанах. Я торговал в табачной палатке и тогда подсел на "Житан". Я работал в ночном стриптиз-клубе. Следил за девочками, чтобы не давали кому попало. В то время я носил пиджак и начищенные ботинки. Я жрал икру, оставшуюся после банкета, и мог вдуть любой стриптизерше. Я клал кирпич на стройке и однажды слетел с третьего этажа. И опять - ничего. Только длинная царапина и пара синяков.
Я сочинял в этой Москве песни. Пьяные, написанные огрызками карандашей, пока я слонялся от вокзала к вокзалу, от бабы к бабе, от толчка к толчку. Слова - это одиночество. Я никогда не был так одинок, как в то время. Песни начинались с маленького сгустка на дне моего живота. Потом постепенно твердели и увеличивались. И я должен был от них избавляться. Прошла девушка, задела меня своим запахом - и появился сгусток. Я никогда не выдумывал свои песни. Я просто избавлялся от них. Иначе бы они меня разорвали. Все время, пока я собирал своей кожей чужие испражнения, жрал березовые листья, втыкал свое мясо в другое, - я хотел стать музыкантом. Я жаждал славы так же, как постоянно жаждал спариваться. Я хотел, чтобы мои песни напялили каждого в этом городе. Я мучительно хотел стать известным. И специально ничего не делал для этого. Во все времена первого сентября дети будут приходить в школу. Так же с моими песнями. Я просто ждал, пока наступит первое сентября, потому что не могло быть по-другому. И день знаний наступил."
Роман устроился работать в строительную компанию через каких-то знакомых: без регистрации сделать это было нелегко. А дальше как-то случайно встретился с Сашей Войтинским - композитором, который в последствии стал его продюсером. Он, кстати, до этого никогда такими вещами не занимался и даже не представлял себе, что это такое. А Роман тоже не знал, что делать. Они подружились и решили помочь друг другу. С нуля, вдвоем: Саша учил продюсерское дело, а Роман пытался писать песни, искать людей, петь. Так они в течение двух лет, пройдя кучу непонятных ошибок, пришли к народу.
В тот же период произошел ряд не менее исторических знакомств с единомышленниками (из Минска, Ростова и Хабаровска), творческий союз с которыми с сентября 2001 года называется коротко и ясно - "Звери". Сформировался и постоянный состав группы: Рома Зверь - вокал, гитара; Владимир Хоружий - гитара; Кирилл Антоненко - клавиши; Андрей Густав - бас-гитара; Михаил Краев - барабаны. Тогда же, осенью, была записана основная часть материала для первого альбома и было принято решение снимать клип на одну из песен. С клипом вышла довольно мистическая история: музыкантам страшно понравился ими же придуманный сюжет, который, однако, никак не сочетался с выбранной для экранизации песней. Решительный фронтмен попросил ночь на раздумья - и сочинил под готовый сценарий еще одну песню. Песня называлась "Для тебя". В январе 2002 года видео было готово, через считанные дни оно оказалось в телеэфире, где его и приметили представители компании "CD-Land", немедленно подписавшей с многообещающей командой контракт на выпуск дебютного альбома "Голод". Тем временем песня "Для тебя" оказалась в трек-листе сборника "Нашествие. Шаг 11" и в эфире "Нашего Радио", а группа - в списке участников фестиваля "Нашествие-2002" в Раменском.
С выходом дебютного альбома группы "Голод" становится понятно, что музыка "Зверей" действительно хороша, пусть даже и не подкрепленная какими бы-то ни было визуальными картинами. Ключевое слово для их музыки - это, безусловно "любовь". И дело вовсе не в том, что оно фигурирует в названии одной изпесен. Практически все композиции, даже если в них ни слова не говорится про любовь, все равно повествуют о ней - родимой. Вокалист Рома Билык поет о любви, которая разворачивается посреди декораций современного города-гиганта: трамваи, рекламные щиты, магазины, метро, телебашни. И герои, которых захватило чувство, посреди этого индустриального многообразия бесконечно одиноки. Любовь у "Зверей" воспринимается неоднозначно. С одной стороны, они попытались истолковать ее романтически, с другой - сама цивилизация (к которой "Зверьми" была найдена обличительная рифма "канализация") добавила в нее большую долю цинизма. Очень приятно, что "Звери" не обошлись без текстовых находок. Фразы типа "возьми с собой спички на всякий пожарный" или "любовь зарядила дожди-пистолеты", без сомнения, запоминаются. Особо стоит отметить фишку "Зверей" - вплетенные в ткань песни отрывки монологов-историй. Возникает ощущение, что ты подслушиваешь чей-то интимный телефонный разговор. "Звери" берут энергией и драйвом, напором, но не красотой. Достойных медляков на "Голоде" нет (медляков там вообще раз, два и обчелся), зато присутствует целый арсенал боевиков на любой вкус. К ним, в качестве специй, добавляется умилительно-противная шутка "Быть добрее" и не в меру пафосная, но при этом неординарно аранжированная "Фабрика грёз" - и на выходе мы получаем альбом, ставший суперхитом года.
К началу 2004 года несколько изменился и состав группы. "Зверей" покинули Владимир Хоружий и Андрей Густав. Вакантные места гитариста и басиста соответственно заняли Максим Леонов и Костя Лабецкий. После смены состава группа выпустила свой второй диск "Районы-кварталы". Вместе с выходом альбома у "Зверей" произошло еще одно знаменательное событие: музыканты, наконец, решили, для какой аудитории они поют. Точнее, решили это, конечно, не музыканты, а их продюсер Александр Войтинский, выловивший в мутных водах отечественного шоу-бизнеса золотую рыбку по имени Рома с непоэтичной фамилией Билык. Мало подходящая для молодежного кумира фамилия "Билык" вскоре сменилась на несколько одиозное погоняло "Зверь", а сам Рома немедленно стал отращивать харизму, имидж и прочие секс-символы, без которых нормальное продвижение на верхние строчки хит-парадов девичьих пристрастий было бы довольно затруднительно. Из скромного, неразговорчивого паренька в цивильном костюмчике Рома за неполный год превратился в молчаливого мачо, облаченного в стильный пиджак на голое тело. Предварительный этап выращивания кумира завершился успешно. Но, как известно, короля играет свита, а свитой или, говоря по-продюсерски, аудиторией, должны стать мальчики и, в главную очередь, девочки с городских окраин, с тех самых "районов-кварталов", о которых поет Рома. Об этом же недвусмысленно намекает обложка нового диска - Рома в кожаном плаще и с горящим взором идет вперед на фоне новостроек, а за ним едва поспевают те самые мальчики и девочки из свиты, пардон, из аудитории. Типичные подростки с "маленькими телефонами", "ботинками, в которых моря по колено" и прочими атрибутами, о которых ненавязчиво упоминает Рома в своих песнях. Да-да, именно в своих, а не написанных умелыми поэтами-песенниками в паре с не менее умелыми композиторами и аранжировщиками. Потому что еще одной важной составляющей молодежного кумира является его искренняя вера в то, о чем он поет. Если неприкаянные подростки из спальных районов узнают, что для Ромы пишет кто-то другой, они немедленно от него отвернутся и потратят терпеливо отложенные на концерт или на диск деньги на что-нибудь менее полезное для юного организма - блок сигарет, коробок анаши или бутылку водки. А главная задача продюсера - ни в коем случае не допустить подобного: деньги должны идти на дело. И если психически несформировавшиеся отроки еще не в состоянии правильно потратить деньги - пусть отдают их в надежные руки. Однако есть в этих песнях, да и в самом Роме что-то, что позволяет верить, и, возможно, небезосновательно, что сам он никакого отношения ко всему этому не имеет - просто поет свои песни, честно, искренне, как может. Поет о том, о чем думает и во что верит, не заботясь о прибылях, строчках хит-парадов, ротациях и сборах. Когда вышла первая пластинка "Голод", верить в это было довольно легко - десять хороших мальчишеских песен о любви и об окружающем мире, выдержанных в едином стиле и пропетых на едином порыве, к тому же из них ни одной проходной. Со вторым альбомом "Районы-кварталы" дела обстоят немножко сложнее. Здесь песен уже четырнадцать, среди которых встречаются как абсолютные стопроцентные хиты - "Все, что тебя касается", "Районы-кварталы", "Все впереди", "Игра в себя", так и проходные вещи: "Океаны", "Южная ночь", в которых нет ни смысла, ни драйва, ни настроения. К слову сказать, благодаря усиленной ротации клипа "Южная ночь", эта песня все-таки стала популярной. Соотношение хитов и "нехитов" примерно один к трем, что, в общем-то, совсем неплохо. К тому же "Районах-кварталах" уже появились и медляки, под которые хорошо кружиться парами, к примеру, песня "О любви", и довольно экспериментальные вещи, например, "Люба", сделанная в стиле частушечного блатняка, который смело можно отдавать в ротацию на "Радио шансон". В ней появилось то самое жанровое разнообразие, которого так не хватало первой пластинке. А что касается доверия подростков - на второй пластинке музыкант его точно не потеряет. Прежние фанаты, увидевшие в Роме своего в доску парня, не перестанут считать его таковым, а новые, которые у него появятся в самое ближайшее время, полюбят его уже как звезду, или "блики на солнце", как он называет себя в одной из своих песен.
Дискография:
1. Голод 2003
2. Районы-кварталы 2004
уровнемеры, газоанализаторы, манометры и термометры . кресла интернет магазин . качественная муфта соединительная для труб в нашем интернет-магазине.
Категория: Отечественная музыка